лого цифровизация 5

arctic
multilingual portal

Evenks

Далёкие предки эвенков

Эвенки (тунгусы) принадлежат к. тунгусо-маньчжурской группе большой алтайской семьи языков. Родственными но языковой группе к эвенкам являются эвены, иегидальцы., солоны, нанайцы, ульчи, ороки, маньчжуры, удэгейцы, которые расселены в Республике Саха, Амурской области, Хабаровском крае, Магаданской области и в Китае. Схожесть языка и культуры является свидетельством того, что в глубокой древности предки народов алтайской семьи языков жили ближе друг к другу. По древнекитайским источникам в 1 тысячелетии до нашей эры на территории Приморья и Северо-Восточного Китая обитали восточные инородны под названием сушэни или илоу. Об этих племенах в древних летописях сохранилось очень мало сведений. А в начале нашей эры по Амуру, Зее и в Приморье племенными объединениями расселились большие древнетунгусские племена мохэ. Они вели торговлю с соседними государствами. Особенно активными эти связи были с Китаем.

В обмен на оружие, железо, предметы быта мохэсцы поставляли китайцам оленей, мех соболей, шкуры тигров, медведей, панты, женьшень и другие товары. Жили по берегам рек и озер и строили своеобразные полу подземные жилища. Чтобы защищаться от врагов объединялись в военные союзы. Во главе этих союзов стояли вожди. Интенсивная торговля с соседями и успешные военные походы постепенно привели к формированию государства мохэского народа под названием Бохай (698-926 гг.). Государство Бохай было первым государством на Дальнем Востоке. Бохай поддерживал дипломатические и торговые отношения с Китаем, Японией и другими странами.

После падения Бохайского государства потомки мохэ под названием чжурчжэны (X—XI в.) занимали ведущее место среди других тунгусских племен. В XII веке они в ожесточенной войне разбили племена киданей и завоевали Маньчжурию. Далее чжурчженские племена под предводительством императора Агуды овладели северными территориями Китая, захватив столицу Бянь. В начале XIII века монгольские племена Чингисхана разгромили могущественное государство чжурчженей. Мохэские и чжурчженские племена сыграли большую роль в этнической истории других народов Восточной и Северной Азии. В истории тунгуееких племен упоминаются и другие народы. Большое племя увань расселилась в горно-таежном районе Забайкалья от Баргузина и Селенги до верховьев Ангары и Олекмы.

Побережье Охотского моря было своеобразным путем, по которому совершались миграции тунгусских племен. На этом побережье тунгусы появились около 500 лет назад. Причиной их выхода на море было продвижение в сторону бассейна Средней Лены и VII—IX вв. тюркоязычных предков якутов. В ходе постепенного освоения Сибири в течение XV—XVI вв. тунгусоязычные племена достигли Охотского побережья и далее продвинулись на Чукотку и Камчатку. Соприкасаясь с культурой палеоазиатских народов коряков, юкагиров, чукчей, ительменов, тунгусоязычные народы постепенно оформились в самостоятельный этнос, отличающийся от эвенков, под названием эвены (ламуты). Эвены сохранили общетунгусекие черты в языке и культуре, научились у соседних народов запрягать в нарты собак, выделывать рыбью кожу, делать изделия из кожи тюленя.

Этнонимом тунгус называют все тунгусоязычные народы. Известный ученый-тунтусовед Г.М.Васшгевич высказала предположение, что первая часть слова “тунгус” первоначально обозначал слово “человек”, “люди”, а суффикс “гус” служил для образования названия народа. Этноним эвенки некоторые ученые сопоставляли с названием племени уесть. Слово орочон имеет значение “оленный”. Другие народы эвенков называли по разному; тунгусы, орочон, бирары, манегры, килеиы, хамныганы. Имеются многочисленные родовые названия эвенков. Названия многих родов образовались по месту расселения рода. Широко распространены среди тунгусо-маньчжурских народов этноним эджэн, который этнографы толкуют от слова “низовекий”, то есть проживающий на низовье реки, этноним долган, как житель со среднего течения реки, солон объясняется как житель верховьев реки.

A.N.Myreeva, V.P. Marfusalova, Zh.V. Zakharova

Территория расселенния

Расселение эвенков по ‘территориям северо-востока в ходе их этнической истории и хозяйстве иной деятельности привело к уникальному явлению. Приобщен их численности, которая в настоящее время составляет примерно 40 тысяч человек, они разрозненно, небольшими кочевьями расселились на огромном пространстве от Енисея до Тихого океана и от Забайкалья ш Ледовитого океана. Следствием этого было формирование ряда локальных групп тунгусоязычного населения, хозяйство и быт, материальная и духовная культура, социальная организация которых включали в себя некоторые элементы соседних народностей. Наряду с хозяйственными и культурными особенностями в каждой из этих групп сложились также диалектные различия, появились характерные этнонимы, родовой состав. Таким образом, оформились региональные варианты культур локальных групп эвенков, которые отличались друг от друга по некоторым частным, заимствованным в ходе этнических процессов элементам и объединялись одной единой основой — культурным компонентом. В то же время, определенное влияние тунгусоязычные народности оказали и на контактировавшие с ними другие этнические аборигенные и пришлые общности.

За своеобразный образ жизни, связанный с кочеванием эвенков называют непревзойденными следопытами, вечными странниками. Многовековое занятие оленеводством и охотой выработало у эвенков генетическую способность ориентировки на местности без компаса, способность выживать в лютые морозы без “спецодежды”. Собирательный образ тунгусского охотника-следопыта создан в повести “Дерсу Узала” В.К. Арсеньевым, известен также образ Уликиткана, которому писатель Г.А. Федосеев установил памятник в поселке Бомнак Амурской области.

Протяженность кочевок оленеводов достигала сотен километров в год. При этом они обязательно в какое-то время возвращались в родные места. “Жизнь на свежем воздухе, постоянная перемена мест и охота в ней, наложило особую печать на характер, конституцию и духовный склад эвенков. Кочевание в сочетании с охотничьим промыслом превратило их в следопытов на оленях, в поэтов…” – отмечает известный этнограф В.А. Туголуков.

Зимой эвенки пасут оленей в местах, где много ягельников, но мало снега, весной в защищенных от ветра долинах, где рано появляется зелень. Летом местами выпаса оленей становятся вершины гор и открытые пространства, где меньше гнуса. Постоянное кочевание выработало систему ориентиров на местности, наблюдательность, способность переносить трудности, физическую закалку и выносливость. Недаром эвенки неизменно были проводниками в исследовании Сибири. Они внесли большой вклад в историю изучения Сибири. Первые русские казаки, отправившиеся по Указу царя в рискованное путешествие осваивать новые территории Сибири, в путевых записях оставили много благодарных строк о тунгусах. Тунгусы, в отличие от индейцев американских прерий, не был настроены враждебно к новым поселенцам. Они бескорыстно помогали казакам, отправлялись вместе с ними в качестве проводников в дальние путешествия.

Благодаря тунгусам за короткий срок была составлена карта Сибири. Свидетельством этого являются многочисленные топонимы и гидронимы тунгусского происхождения на современной карте Сибири и Дальнего Востока. Многие реки, горы и даже города Сибири имеют тунгусское прохождение: Енисей, Лена, Колыма, Алдан, Джугды, Бурея, Зея, Тыида, Нерюнгри и другие. Этнограф А.Ф. Миддендорф писал об эвенках: “Они обладают известной выправкой, нисполнены приличия, ловки, предприимчивы до отваги, откровенны, самолюбивы, охотники наряжаться, вместе с тем закалены физически”. Однажды Г.М. Ваеилеаич попросила у проводников-эвенков нарисовать схему речной системы, но которой они плыли. Проводник нарисовал подробную схему 37 притоков реки, а тринадцатилетний мальчик знал подробную схему семи притоков этой реки. У своих проводников В.К. Арсеньев постоянно наблюдал поистине феноменальную способность ориентировки на местности. Нетрудно представить насколько было бы сложным и опасным для жизни путешествие по Уссурийской тайге, если бы экспедицию В.К. Арсеньева не сопровождал нанаец Дерсу Узала. В наше время эвенкийские охотники и оленеводы помогают геологам в изучении недр Якутии, богатой алмазами, золотом, оловом, газом и другими полезными ископаемыми. Известно, что для сопровождения геологов, занятых поиском алмазной “Трубки мира”, были привлечены эвенки Каплины из Ербогочена.

Этнофаф В.А.Туголуков большую территорию расселения эвенков разделил на шесть регионов: 1) Прибайкалье; 2) Срелнее и Нижнее Приангарье; 3) Бассейн Нижней Тунгуски; 4) Бассейн Подкамениой Тунгуски; 5) Северо-Запад Восточной Сибири; 6) Обь-Енисейское междуречье.

Прибайкальские эвенки. Эвенки этого региона занимали территории верхней части бассейнов Ангары и Лены. Основным населением левобережья Ангары в XVII веке преимущественно были буряты. Эвенки составляли меньшую часть населении и занимались охотой, рыболовством и скотоводством. Оленей эвенки здесь не разводили. Правобережье Ангары прелетавляет горную тайгу, поэтому бурятов здесь было в меньшинстве. Эвенки здесь занимались охотой и разводили оленей. Длительные контакты эвенков с бурятами, в основном но обменной торговле, привели к ассимилиции этих народов. Эвенки в этом районе контактировали также с монголами и тувинцами.

Приангарские эвенки. Территорией приангарских эвенков был бассейн среднего течения Ангары.Приангарские эвенки общались с кетами и кето-язычными народами (асаны, копы, арины), монголами и бурятами. От них позаимствовали некоторые культурные элементы. Например, использование войлочных покрышек для жилья, некоторые обычаи и обряды. Начиная с XVII века приангарские эвенки активно вступали в контакты с русскими, стали вести оседлый и полуоседлый образ жизни.

Эвенки Подкошенной Тунгуски. Освоение эвенками региона Подкаменной Тунгуски произошло после прихода русских и начале XVII века.

Эвенки Нижней Тунгуски. Культура тунгусоязычных групп с Нижней Тунгуски была смешанной с самодийской. Первоначальные обитатели этого региона баягиры, нюрумняли, кондогиры, момгиры (шилягиры) к концу XVII века переместились на север.

Эвенки Северо-Запада заселяли область тайги, лесотундры и тундры между низовьями Лены на востоке и низовьями Енисея — на запад. До прихода сюда тунгусов ее обитателями были предки энцев и нганасанов. Эвенки сюда проникали за дикими оленями. В первой половине XVII века были созданы зимовья возле устья реки Кюндяя, на левом берегу устья Вилюя и Жиганское зимовье на месте поселка Жиганск. С конца XVII века по конец XVIII века произошла значительная миграция эвенков из родов Баягир, Калтагир, Нюрмаган, Сологон и других в Южную Якутию и северные районы Верхнего Приамурья. Проникновение якутов в регион Северо-Запада началось в XVI—XVII веках. В результате длительных контактов и усвоения материальной культуры эвенков с якутами постепенно образовалось этнически смешанное население с якутским языком. Часть этого народа образовали самостоятельный этнос долганы, другая часть стали называться северными якутами.

Тунгусы к западу от Енисея. Стали заселять территорию Обь-Енисейского региона задолго до XVII века. Современная культура народов этого региона характеризуется тесными контактами с Хаитами, селькупами, ненцами.

Отношение русских властей к эвенкийскому роду Гантимуровых в XVII-XIX вв.

Дело относится к 1684-1685 годам и в нем освещена история приема в Москве “тунгусской породы князя” Гантимура и сына его Катаная. Предыстория этого события такова. Во время царствования царя Алексея Михайловича, по некоторым данным в 1667, а по другим в 1651 году, с детьми и братьями и всем своим племенем в 40 улусов из маньчжурского подданства в русское перешел влиятельный князь Гантимур, положивший начало славному потомству рода Гантимуровых в истории России. После выхода из Китая и принятия подданства России князь Гантимур со своим сыном Катаном и родичами пожелали принять православную веру, о чем нерчинским воеводой И.Власовым было доведено до сведения царей Иоанна и Петра Алексеевичей. В 1684 г. по их указу Власов приказал крестить князя Гантимура и сына его Катана.

Первый был назван Петром, а второй Павлом. Затем новокрещенные отправлены были в Москву. Сам Гантимур по дороге заболел и умер в г.Нарыме, а сын его Павел был в Москве, где пожалован был московским дворянином. Это было в 1685 году. {Арсеньев. Род князей Гантимуровых. Генеалогическая справка. М., 1904. С. 7-8). На протяжении многих веков среди эвенков самыми знатными и влиятельными, наделенные дворянскими привилегиями, считались князья Гантимуровы. Они управляли степными или конными тунгусами Забайкалья со второй половины XVII в. В ведении тайши или князца Гантимурова находилось 15 родов, которые кочевали по рекам Ингода, Шилке и Аргуни, а его постоянная резиденция помещалась на реке Ингоде.

Фактически правление князей Гантимуровых было династическим. Власть передавалась в их роду по наследству. После принятия “Устава об управлении инородцами” (1822 г.), эвенки Восточного Забайкалья были объединены в Урульгинскую степную думу с центром в с. Урульга. Династия Гантимуровых по традиции стала осуществлять функцию глав управления эвенкийской думы. В 1823 г. в ведомстве Урульгинской степной думы находилось 10879 эвенков.

Русское правительство сохраняло принцип наименьшего вмешательства во внутренние дела эвенков. Гантимуровы оставались у власти даже в том случае, когда кто-то из князей сильно злоупотреблял своим положениеми обирал своих соплеменников. Так, в 1824 г. эвенки отказались “от представления в думу ясака и повинностей” и подали жалобу иркутскому губернатору “о разных притеснениях, чинимым Гантимуровым, тунгусам Сортоцкого? Маникерского и Чильчагирского родов”. Князь продавал им порох не по казенной цене, а втридорога, ежегодно требовал людей для собственных работ и казаков для рассылки по родам, а эвенки по принуждению снабжали их скотом, одеждой и “всеминутными потребностями, стоящими значительные суммы”.

Следствие по этому делу тянулось три года и подтвердило справедливость жалобы. Старый князь был отстранен от власти (хотя должность его в Урульгинском ведомстве считалась пожизненной). Но выбор нового главного, родоначальника был ограничен: его могли выбрать только из семьи Гантимуровых. Главным родоначальником стал сын старого князя.В данном сообщении мы осветим только некоторые стороны взаимоотношений царских властей с тунгусским родом Гантимуровых, об их переходе в христианство и их поддержке. В документе, который мы используем частично, говорится о том, что “новокрещенным давать по 3 рубля денег да по сукну и верстать их в службу смотря по людям”. Такова была цена крещения в то время. Все началось с того, что “в 1692 (1684) году подал челобитную князь Гантимур с сыном своим Катанаем”. В челобитной написано: “В прошлом де году ища они великих честей и милости вышел де он Гантимур с детьми и с улусными своими людьми под государеву высокую руку и вечное хо-1 лопствр ис под китайского господства… с Науна реки и платили им великим государям он Гантимур с сыном своим Катанаем ясак лет с 20 в Даурской земле в Нерчинский острог и для (видимо, до)совершенной их старости. От ясака они освобождены лет с десять, а род де их и улусные люди платят великим государям по вся годы…”

Имена эвенкийских князьков Гантимуров фигурируют во многих документах и исторических работах. Некоторые факты из жизни Катана Гантимура сообщает Избрант Идее, которые он зафиксировал во время своего путешествия в Китай в 1692-1695 гг., предпринятого с целью установления дипломатических отношений с восточным государством. Он пишет: “Главой конных тунгусов является князь Павел Петрович Гантимур, или по-тунгусски Катана Гантимур; он родом из округа Нючжу, теперь стар, а когда-то был тайшой и подданным китайского богдыхана. Когда же он попал к нему в немилость и был смещен, то подался с подчиненной ему ордой в Даурию, стал под покровительство их царских величеств и перешел в православие. Этот князь Павел Катана-хан, если потребуется, может привести в течение суток три тысячи конных тунгусов, хорошо экипированных, с добрыми конями и исправными луками. Все это здоровые и смелые люди. Нередко до полусотни тунгусов, напав на четыре сотни монгольских татар, доблестно разбивают их по всем правилам”.

Подобные отзывы о воинских достоинствах тунгусов встречаются и в русских источниках. Частые столкновения отдельных тунгусских родов и племен между собой и войны с соседями (якутами, бурятами, юкагирами и др.) привели к широкому развитию военного дела. “Люди воисты, боем жестоки”, — отзывались о них казаки.

Нельзя представлять, что до появления русских в Сибири местные народы жили в мире и согласии. Наблюдались постоянные военные столкновения между отдельными племенами, родами и народами, приводящие к кровавым битвам. Привлечь на сторону России воинственных тунгусов было выгодно. Они умели и за себя постоять, и вырваться из маньчжурского подданства, а эвенкийские роды, кочевавшие вдоль границы, могли быть пригодны для пограничной стражи. И русская администрация этим воспользовалась. В первой половине XVIII в. в 15 пограничных караулах служили отряды бурят из селенгин-ских и хоринских родов. В каждом 4 карауле находилось от 5 до 10 юрт.

В десяти пунктах несли караульную службу восемь эвенкийских родов Восточного Забайкалья – конурский, намяцкий, болоцкий, челкагирский, уляцкий, баликагирский, гунов, ульзуцкий и кал- тукские эвенки.

В 1760 году (17 октября по старому стилю) был учрежден тунгусский пятисотенный конный полк. Казаки, служившие в нем, освобождались от платежа ясака и получали 6 рублей жалованья в год. Срок службы не был определен, увольнялись в отставку только дряхлые и неспособные. Вооружение казаков состояло из сабли, лука и пятидесяти стрел; одежда была национальная “по обычаю и состоянию каждого казака”. Казаку выдавалось две лошади – одна от его сородичей, другая – от хоринских бурят.

Управлением пограничной линией по которой несли караулы казаки тунгусского полка, ведал князь Гантимуров, подчинявшийся пограничной канцелярии. Бурятские и тунгусские казачьи толки, как особые воинские единицы, просуществовали до 50-х годов XIX в., а затем были включены в состав Забайкальского казачьего войска.

Некоторые дополнительные сведения сообщает историк С.М.Соловьев: “В 1667 году пришел из китайских владений в Нерчинск под государеву высокую-руку тунгусский князек Ган-темир с детьми, и братьями, и улусными людьми, всего сорок человек, обещаясь платить по три соболя с человека; Гантемир ушел с досады, что проиграл тяжбу по несправедливости китайского суда”. М.И.Казанин, комментируя записки Избранта Идеса, приводит более раннюю дату перехода Гантимура на сторону русского царя. Он пишет: “В 1651 г. он (Гантимур – Ф.Б.) со своим родом вступил в русское подданство. Русское правительство, несмотря на требование циньского правительства, не выдало его, и это очень обострило отношение с ци- нами. Вопрос о выдаче Гантимура был темой многочисленных споров в переговорах и дипломатической переписке русских с маньчжурами. Спафарий видел Гантимура в Нерчинске в 1676 г. (“Дорожный дневник Спафария.” С.175. ). Избрант Идес повстречал его сына Павла Петровича”.

Вероятно, эта беззащитность перед лицом китайского неправедного суда привела Гаитимура в русское подданство; тут он почувствовал, что русская политика не посягает на его власть над улусными людьми, а, наоборот, при исправной уплате ясака, содействует ее укреплению, возвышает его статус, и устанавливает относительный мир на подопечных ему территориях. Вот почему Гантимур переходит служить на сторону русского царя и верно служит самодержавию и сибирским воеводам. Это прекрасно видно из следующего факта.

В 1696 году нерчинские служилые люди подняли бунт и “отказали” нерчинскому воеводе Антону Савелову. Несмотря на очень невыгодное соотношение сил, Гантимуров принимает сторону свергнутого воеводы, и на призыв бунтовщиков принять участие в их предприятии, а его нерчинские всяких чинов служилые люди в тот свой воровской совет призывали отвечает с уговорами смириться.” Это вызвало соответствующую реакцию: сначала “его князь Павла бранили называли басурманом”, а потом применили к нему более крутые меры – “били и увечили на смерть”. Кроме того, казаки прекратили выдачу князю хлебного жалованья.

Преданность Гантимурова была достойно оценена в Москве. В наказе сменившему Савелова воеводе Николеву Сибирский приказ предписывал “держать к нему всякое береженье и ласку и привет” и неукоснительно выдавать годовое жалованье. Сверх того самого князя и всех его братьев и детей в количестве 21 человека велено наградить “портищем сукна доброго каждого”.

Таковы некоторые исторические факты, из жизни эвенкийских князей Гантимуровых, представляющие несомненный интерес для наших современников, оказавшихся в сложных межэтнических и межконфессиональных отношениях. Опыт царских властей по установлению доверительных связей с родоплеменной верхушкой, умение дать ей право относительной самостоятельности на автохтонной территории, заслуживает особого внимания.

Ф.Ф.БОЛОНЕВ.

Оставьте комментарий

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.

en_GB
Scroll to Top
Scroll to Top