Jukagir

Численность – 1509 человек.
Язык – юкагирская группа уральско-юкагирской семьи языков.
Расселение – Республика Саха (Якутия), Магаданская область, Чукотский автономный округ.

На северо-востоке Азии живут юкагиры. Самоназвание – одул, вадул, вероятно, «сильный», «могучий». В настоящее время юкагирским языком владеют около 400 человек.
Сохранилось два диалекта – тундровый и таежный. Письменность разработана в 1970 г. на основе русского алфавита и официально принята в 1983 г. За основу литературного языка взят тундровый диалект.
Юкагиры автохтонного происхождения. В результате проникновения тунгусо-, монголо- и тюркоязычные групп сократилась территория расселения юкагиров, частичной ассимиляции и оттеснению их в более северные районы. К моменту прихода русских (XVII в.) жили между Индигиркой и Анадырем, насчитывали 4,5 – 5 тыс. человек. Было несколько племенных групп – родов, которые, в свою очередь, состояли из более мелких подразделений, тоже именовавшихся родами. В течение XVIII – XIX вв. местное население резко сократилось в результате хозяйственной конкуренции и военных столкновений с эвенами, коряками, чукчами, якутами, особенно в результате массовых эпидемий оспы.
Основные занятия – охота на северного оленя и лося, озерное и речное рыболовство. На оленей и лосей охотились с помощью самострелов, петель, а с XVIII в. – кремневых ружей. Весной зверя промышляли гоном по насту, преследуя на лыжах. Тундровые юкагиры кочевали вслед за стадами диких оленей от лесотундры к морю, добывали их поколками на воде во время сезонных переправ либо загоняли в озера с помощью собак. Использовали также загоны и оленя-манщика. Кроме того, охотились на пушных зверей, применяя различные типы ловушек: срубы, пасти, петли, самострелы, а также огнестрельное оружие. Осенью на озерах отстреливали водоплавающих во время их линьки. Колымские использовали дротики и бола – связку камней на ремешках.
They fished from late spring till autumn with hair nets and seines. On spawning grounds they fished with gaffs and hooks. They put fences and willow creels in the mountain rivers.
У тундровых важную роль играло транспортное оленеводство. Летом объединялись в группы и выпасали животных сообща. На оленях ездили верхом, вещи перевозили вьюком, зимой использовали нартенные упряжки. Ездовые нарты – дугокопыльные, грузовые – более короткие однокопыльные. В нарту впрягали, как правило, одного оленя. Таежные запрягали в нарты по 4-5 собак. Собачья нарта – вязаная прямокопыльная, длиной до 2,5 м с передней дугой-«бараном». Зимой по снегу ходили на широких подволоках, подбитых камусом лыжах, по насту – на голицах. Летом по воде передвигались на лодках-долбленках, плотах, лодках-берестянках.
Древнее жилище – усеченно-пирамидальная полуземлянка (чандал) с каркасом из четырех столбов-деревьев, с корнями, и четырьмя поперечинами, на которые клали плоскую крышу, крытую дерном. Таежные жили в конических чумах, зимой покрытых ровдугой, летом – лиственничной корой. Остов чума составляли четыре жерди, скрепленные по кругу тальником в пять-шесть рядов, и квадратная рама вверху. На жерди каркаса опирались 20 – 30 тонких жердей. Пол устилали ветками и шкурами, иногда над постелями подвешивали матерчатые пологи. Чум отапливали разложенным в центре очагом, над ним устанавливали две поперечные жерди для котлов, чайников, просушивания одежды, вяления рыбы и мяса. Жили также и в больших срубных юртах с плоской или конической крышей из шестов и коры. Хозяйственные постройки – срубные амбарчики на высоких столбах с двускатной крышей и лестницей из бревен, лабазы-помосты.
Традиционный костюм юкагиров похож на эвенскую одежду. Но в отличие от эвенского кафтана, имеющего сзади широкую внешнюю складку, юкагирский кроили в талию с двумя клиньями по низу спинки, образующими внутреннюю складку. Меховые кафтаны (махил) золотисто-коричневого или серого цвета украшали окрашенным в красный цвет мехом нерпы-белька, летние ровдужные отделывали по полам и подолу вышивкой подшейным волосом оленя красного, черного и белого цвета. К верху спинки мужских кафтанов пришивали свисавший до земли, раздваивавшийся на конце хвост из тюленьего меха, крашенного настоем ольхи или тальника в красный цвет. На женских – два таких хвоста пришивали по бокам, над клиньями. Под кафтан надевали нагрудник. Зимой под нагрудник иногда подкладывали заячью шкурку. В качестве воротника в мужской одежде использовали шарф из лисьих хвостов, в женской – из беличьих. В тундре в большие морозы женщины надевали короткие штаны-натазники с нагрудником, а мужчины – меховые. Ровдужная камлейка поверх меховой глухой кухлянки с капюшоном спасала от сильных морозов. Длинную, почти до паха, зимнюю обувь из камуса оленя или лося натягивали на меховые чулки. Летняя ровдужная обувь была до колен, башмаковидного покроя. Головной убор – капорообразный меховой чепец. Его украшали красным кантом по шву, тканью или меховой опушкой, ровдужные перчатки – полосками красной и черной ткани, вышивкой подшейным волосом оленя белого и красного цвета. Праздничную одежду отделывали разноцветным мехом, суконными оторочками, вышивкой подшейным волосом оленя, реже бисером, металлическими подвесками и бляшками. Мужчины подпоясывали кафтаны кожаными поясами с сумкой для табака и ножом в ножнах. К поясу охотников кроме ножа и трутницы прикрепляли мешочки для пороха, сушеного мяса и табака. Зимой надевали снеговые очки.
Погребальный комплект – кафтан с тремя меховыми хвостами и островерхая шапка. Это соответствовало остроконечной голове мифического предка. В XIX в. появилась летняя одежда из ткани – рубахи и платья с отложным воротником.
Основной пищей были мясо и рыба. Оленье мясо ели сырым и вареным, зимой – строганину, весной и летом коптили над костром и вялили на солнце длинные тонкие пласты мяса. Сушеное мясо, нанизанное на жильные нитки, хранили в мешках в амбарах и варили зимой. Из трубчатых костей вываривали жир. Из взбитой свежей оленьей крови готовили суп. Питались также дичью: таежные – мясом зайцев и куропаток, тундровые осенью и летом – мясом уток и гусей. Гусиные и лебяжьи желудки ели сырыми. Рыбу варили, вялили, квасили в ямах, хранили в слое вечной мерзлоты, делали строганину, юколу, толкли в порошок-порсу. Брюшки, налимью печень употребляли сырыми, потроха и икру жарили. Из икры с рыбой пекли лепешки. Летом готовили рыбу, заворачивая ее на сутки в листья тальника. Лакомством считались толченая вареная рыба с голубикой и жиром, рыбная мука, сваренная с оленьей кровью или сосновой заболонью. Пили чай, заваривали шиповник, чагу. Ягоды, рыбу хранили в берестяных туесах. Корзины плели из тальника. Посудой служили деревянные и берестяные сосуды четырехугольной и круглой формы. Для хранения порсы, вяленой рыбы и мяса шили ровдужные или тканые мешки, для женского рукоделия – сумки из лапок птиц или ровдуги.
At the end of the XIX century families were related by mother’s and father’s sides. Families would go to live in the wives’ communities, but properties were inherited by father’s side. The clan was headed by an elder, often functioning as a shaman. The clan could also be headed by a shaman, as well as by a chief warrior or best hunter. Clan chief’s wife managed the distribution of the common hunting or fishing catch. Territorial-neighbouring communities were most common at that time. Families were big; the customs of levirate and avoidance existed. Disputes and issues related to military conflicts, exchange, distribution of hunting and fishing areas, organization of festivals, etc. were solved at spring assemblies (shakhadibe).
Религиозные представления включали культ природы, промысловые культы, шаманство. Считали, что Вселенная делится на Верхний небесный мир, Средний земной и Нижний подземный мир. Верхний мир населяют божества. Они помогают людям в промысле, оберегают их от болезней и бед, наказывают за дурные поступки. Средний мир – земля принадлежит духам-хозяевам. Главные духи – хозяин земли, хозяин пресной воды и хозяин моря. Им подчиняются хозяева гор, леса, тундры, заливов, рек, озер и животных. Особое место занимает хозяин огня – хранитель семейного очага, покровитель семьи. Нижний мир представляют многослойным: каждый слой населяют различные духи и божества. Например, верхний его слой – это мир мертвых, предков, нижний – мир сказочных стариков и старух-людоедок, а также злых духов, чертей и их главы – Острой головы. Шаманы (алма) были покровителями рода. Проникая в Верхний и Нижний миры, они общались с миром предков, тенями умерших, врачевали заболевших, приносили жертвы духам охоты. Специальная одежда и атрибуты шамана состояли из кафтана, нагрудника, шапки, обуви, бубна, колотушки и изображений духов-помощников. Самыми сильными духами-помощниками считали мамонта и медведя, а также души предков. На шаманский кафтан красной краской (охрой или соком ольхи) наносили рисунок, деливший его на две половины: правую – светлую, с семью крестообразными фигурами птиц и левую – темную, с семью человекоподобными фигурами предков. Ровдужная полоса в центре, расшитая подшейным волосом оленя, изображала мировое дерево.
Существовал культ умерших шаманов: их тела расчленяли, части высушивали и хранили как родовые святыни. Череп умершего шамана помещали на деревянную куклу в рост человека, одетую в шаманский кафтан. Называли ее богом Хойл, ставили на почетное место в жилище, «кормили», обращались с просьбами, перевозили с собой при перекочевках. Юкагиры верили в силу заговоров и гаданий, колдунов, носили обереги-амулеты. Охотничьими амулетами считали шкурку белки, нос и когти медведя, охранителями дома – шкурки гагары, утки: их вешали над входом в жилище. Вплоть до недавнего времени у верхнеколымских юкагиров сохранялось пиктографическое, т.е. «рисуночное», письмо – изображение условными знаками на бересте схемы местности и охотничьих маршрутов.
С XVII в. на северо-востоке России распространилось христианство, которое оказало влияние на традиционную мифологию: Христос (иногда царь Соломон, Ной, Адам) в роли устроителя земли разделил ее между хозяевами зверей, птиц, рыб. Главой злых духов Нижнего мира считался Сатана, или Острая голова. Два брата – герои традиционного мифа о сотворении мира – носили имена Христа и Сатаны: Христос, старший брат, послал Сатану в образе гагары достать землю, нырнув в первозданный океан.
Фольклор представлен мифами, волшебными и героическими сказками (легенды, исторические предания, были, охотничьи истории). Известны своеобразные «исторические карты» – сказки, в которых рассказывается о происхождении островов на Колыме и некоторых приречных гор между отрогами хр. Черского и Колымским нагорьем. Сюжеты волшебных сказок связаны с мифами о происхождении небесных тел и их систем. В сказках о животных действуют обитатели тайги и тундры, особенно отмечен образ зайца, тотемного животного, умного, коварного, всепобеждающего.
Любопытная черта сказок о животных, а возможно и юкагирского фольклора вообще, – способность людей превращаться в зверей и наоборот. Чаще всего в зверя или птицу превращаются шаманы.

Vyacheslav Shadrin
Researcher, Institute of Humanities and Indigenous Peoples of the North,
Siberian Division, Russian Academy of Sciences

en_GB