General information about the Kamchadals
Термин «алюторский язык» появился относительно недавно (Скорик 1958, 1968), до этого в литературе алюторский рассматривался как диалект корякского языка. Сам термин происходит от названия бывшего села Алют (рус. Олюторское, Олюторка), жителей которого называли алюторцами – алюта-лъы-н или элютэ-лъы-н. Собственно алюторский диалект включает несколько сходных говоров разных сел. К алюторскому языку в широком смысле, помимо собственно алюторского, правомерно относить и такие близкие к нему диалекты, как паланский (палланский) и карагинский, а также укинский.
”’Лингвистическая экспедиция ОСиПЛ на север Камчатки в поселок Вывенка
для изучения алюторского языка. Лето 1971 года.”’
Самоназвание этнической группы Носители указанных диалектов традиционно называют себя общим именем «нымыланы» (нымы-лъы-н «живущий в селе; (полу)оседлый», от нымным «село»), но при необходимости уточнить используют название своего села. Нымыланы противопоставляются кочевым оленеводам, называющим себя чавчувенами (чав’чыв «кочевник»). Хотя в настоящее время это противопоставление в смысле рода занятий уже перестало быть актуальным, оно по-прежнему существенно для языкового различия. Русские землепроходцы, появившиеся на Камчатке в XVII в., стали называть обе эти группы одним термином – «коряки» (предположительно, так называли коряков юкагиры, служившие у русских проводниками).
Таким образом, алюторский язык правильнее было бы называть нымыланским, однако термин «нымыланский язык», наряду с термином «корякский (коряцкий) язык», ранее использовался по отношению ко всей совокупности корякских диалектов. До 60-х гг. XX в. собственно алюторский и близкие к нему диалекты рассматривались (и до сих пор рассматриваются многими) как диалекты корякского языка.
Генетическая принадлежность Алюторский язык относится к чукотско-корякской ветви чукотско-камчатской семьи языков. Внутри чукотско-корякской ветви диалекты алюторского языка представляют так называемые т-диалекты, которые противопоставляются й-диалектам (чавчувенскому диалекту и другим) и р-диалектам (чукотскому языку), ср. алют. тин’а-к – кор. йин’э-к – чук. рин’э-к «летать». Учитывая большую близость между т-диалектами и й-диалектами, можно считать, что чукотско-корякская ветвь делится на две группы: чукотскую и корякскую, причем т-диалекты образуют алюторскую (или юго-восточную) подгруппу, а й-диалекты – чавчувенскую (северо-западную) подгруппу.
По традиции, восходящей к XIX в., чукотско-камчатскую семью объединяют с некоторыми другими небольшими семьями Сибири и Дальнего Востока под общим названием «палеоазиатские языки», однако такое объединение с лингвистической точки зрения не обосновано.
География распространения языка Носители алюторского языка живут в основном на восточном побережье полуострова Камчатка, в Корякском национальном округе. Во второй половине XX в. по экономическим причинам происходило переселение жителей из одних сел в другие, в результате чего география диалектов и говоров изменилась.
Языковые контакты Говорящие на алюторском языке имели традиционные языковые контакты с другими чукотско-камчатскими народностями, в основном с чавчувенами (по всей территории Корякского национального округа), но также с чукчами, кереками (на севере) и ительменами (на юге). Отмечены также языковые контакты с якутами и эвенами. С конца XVII в. стали развиваться контакты с русским языком. В XX в. влияние русского языка усилилось за счет перевода коряков на оседлость, а также введения обязательного среднего образования на русском языке. Численность носителей языка Численность алюторцев можно указать только приблизительно, так как соответствующие данные в переписи практически отсутствуют, ведь нымыланы-алюторцы представлены в ней в составе этнической группы «коряки». Можно предполагать, что сейчас их общее число (по всем диалектам) не превышает нескольких сотен человек.
Наличие говоров, диалектов Алюторский язык включает три основных диалекта: собственно алюторский (с. Вывенка, Тиличики и др.), паланский (с. Лесная, Палана и др.) и карагинский (с. Карага, Анапка и др.); к алюторскому близок также укинский диалект (о нем мало данных). Внутри диалектов различаются также говоры в зависимости от населенного пункта (соответствующие села зачастую находятся на значительном расстоянии друг от друга). Различия диалектов в основном фонетические и отчасти лексические, так что их носители хорошо понимают друг друга.
Лингвистическая характеристика языка Алюторский язык относится к агглютинативным языкам суффиксально-префиксального типа. Фонетический строй характеризуется разнообразными фонологическими процессами, в том числе компактностным сингармонизмом гласных. У существительного – три числа, развитая падежная система; имеются предикативные формы. У глагола различаются наклонения и видо-временные формы; представлено два типа спряжения, обусловленные переходностью / непереходностью глагола, формы которых различают три лица и три числа агенса и пациенса (если он есть). Порядок слов свободный, наиболее часто встречается SVO и VSO; отмечена инкорпорация. Подчиненные предикации часто выражаются нефинитными формами, но встречаются и зависимые придаточные предложения.
Социолингвистическая характеристика языка Юридический статус, состояние языка в настоящее время Алюторский язык является вымирающим языком, сейчас он уже практически не передается следующему поколению. Старшее поколение нымылан, многие из которых выросли в тундре, достаточно хорошо владеют родным языком и более или менее знакомы с традиционной культурой. Поворотным моментом в истории языка стало обучение детей в интернате по-русски в то время, как их родители были заняты работой в стойбище, которое обычно находится в тундре, причем достаточно далеко от самого поселка. Определенную роль сыграло и переселение жителей из одних поселков в другие, где жители говорили на другом диалекте или говоре. В результате молодое поколение выросло в поселках, где основным языком общения был русский язык, поэтому они уже почти не знают ни родного языка, ни традиционной культуры.
В настоящее время языком относительно хорошо владеет 15-20% всех нымылан, в основном это население старше 50 лет. Основная сфера использования ими родного языка – общение на традиционные хозяйственные темы. Все ныне живущие нымыланы свободно пользуются русским языком; моноязычных носителей практически уже не осталось.
Письменность и орфография Кириллическая письменность, созданная в 30-х гг. XX века для корякского языка на базе чавчувенского диалекта, оказалась непонятной носителям алюторских диалектов в силу существенных фонетических различий корякского и алюторского. Однако сами принципы корякской письменности вполне пригодны для записи учебных материалов по алюторскому языку. Ныне в школах ведутся факультативные занятия алюторским языком, публикуются методические разработки.
История изучения языка и состояние изученности Первое упоминание об алюторцах относится, по-видимому, к XVII в., оно принадлежит В. Атласову. Самые ранние сведения о языке коряков, датируемые концом XVII – началом XVIII в. (материалы Н. Витзена, И. Страленберга, Г. Ф. Миллера и др.), были весьма отрывочны и несовершенны. Более ценные лингвистические данные были собраны в середине XVIII в. С. П. Крашенинниковым, который выделял среди коряков два народа (и, соответственно, два основных диалекта): оленных (кочующих) и сидячих (оседлых), и одновременно отмечал большое разнообразие говоров. Ограниченные данные по корякскому языку с диалектами, собранные в конце XVIII в. и XIX в., представлены в трудах П. С. Палласа, Л. Радлова, К. Дитмара и др.
Широкомасштабные исследования корякского и других чукотско-камчатских языков начались только в конце XIX в. – начале XX в. с работ известного этнографа, лингвиста и писателя В. Г. Богораза, а также его соратника В. И. Йохельсона, который специально занимался именно корякским языком.
В XX в. детальным исследованием разных аспектов корякского языка (как чавчувенского, так и других диалектов) занималась А. Н. Жукова, ей принадлежит большинство работ в этой области. В 1968 г. А. Н. Жукова опубликовала первое описание фонетики и грамматики алюторского языка (базирующееся отчасти на материалах И. С. Вдовина), а затем, в 1980 г. – и подробное описание паланского диалекта.
В 70-ые годы собственно алюторский диалект стал предметом специального исследования экспедиций Московского государственного университета, их участниками был опубликован ряд статей по разным аспектам фонетики и грамматики, среди них работы А. Е. Кибрика, С. В. Кодзасова, И. А. Мельчука, И. А. Муравьевой и др. В 2000 г. О. А. Мудраком был опубликован этимологический словарь чукотско-камчатских языков, с использованием алюторских и паланских данных.
Большой интерес к алюторскому языку проявляют и зарубежные специалисты, особенно японские лингвисты, которые в последние годы опубликовали ряд работ, причем некоторые на русском языке (М. Куребито, Ю. Нагаяма и др.).
В настоящее время из диалектов алюторского языка наиболее изучен собственно алюторский: опубликованы исследование А. А. Мальцевой о глагольной морфологии, описание алюторского языка и фольклорные тексты в монографии А. Е. Кибрика, С. В. Кодзасова, И. А. Муравьевой (эта книга вышла также и в английском переводе), грамматический очерк Ю. Нагаямы. Имеется также достаточно подробное описание паланского диалекта в монографии А. Н. Жуковой. Карагинский диалект представлен в разрозненных изданиях. Об укинском диалекте известно очень мало.
Источникː http://lingsib.iea.ras.ru/ru/languages/aliutor.shtml